Kauladharma

Б Х А К Т И

Иные гордятся своей любовью к Богу. Я же горжусь тем, что не любил Бога; это Он любил меня, и нашел меня, и заставил меня принадлежать Ему.

Возможно, для тела нет ничего лучше единобрачия, но душа, любящая Бога в людях, всегда пребывает в этом мире как ничем не связанный восторженный любовник, принимающий в объятия всех; и все же, — в этом вся тайна — она любит одно—единственное существо.

Весь мир — мой гарем, а всякое одушевленное существо и неодушевленное творение в нем — источник моего восторга.

Одно время я не знал, кого я люблю больше — Кришну или Кали; любя Кали, я любил самого себя, но любя Кришну, я любил другого, и все-таки в нем любил свое "я". Поэтому я полюбил Кришну даже больше, чем Кали.

Какой смысл в том, чтобы восхищаться Природой или поклоняться ей как Силе, Присутствию и Богине? И какой смысл в эстетическом или художественном наслаждении ею? Тайна заключается в том, чтобы душа наслаждалась Природой так же, как тело наслаждается женщиной.

Когда открывается видение сердца, то Природа, Мысль и Действие, идеи, занятия, вкусы, предметы — все становится Возлюбленным и служит источником экстаза.

Философы, отринувшие мир как Майю, чрезвычайно мудры, строги и святы; однако, порою мне не отделаться от мысли, что они отчасти и глуповаты и слишком легко позволили Богу провести себя.

Что касается меня, то, на мой взгляд, я имею право настаивать на том, чтобы Бог даровал мне Себя в мире точно так же, как и вне мира. Зачем Ему было вообще создавать мир, если Он хотел уклониться от этой обязанности?

Опьяненный восторгом моего Возлюбленного, я сбрасывал с себя мирское одеяние прямо на людных перекрестках мира. Какое мне дело до насмешек мирян и отвращения фарисеев?

Люди называют злом в Боге то, что они либо неспособны понять, либо понимают неправильно и, обладая, неверно используют; они называют добром и святостью лишь то, что почти безнадежно ищут во мраке и о чем имеют смутное представление. Я же люблю в Нем все.

Они называют меня безумцем, о мой Бог, ибо я не вижу в Тебе изъяна; но если я и в самом деле обезумел от любви к Тебе, то я не желаю вновь становиться здравомыслящим.

"Ошибки, заблуждения, преткновения!" — кричат они. Как блистательны и прекрасны ошибки Твои, о Господи! Твои заблуждения сохраняют Истину живой; Твоими преткновениями совершенствуется мир.

Если ты не в силах полюбить самого отвратительного червя и самого гнусного преступника, как можешь ты полагать, что принял Бога в духе своем?

Любить Бога, исключая мир, означает совершать ревностное, но несовершенное поклонение Ему.

Мне сильно докучал Сатана — пока я не понял, что это Бог искушает меня; и тогда страдания навсегда оставили мою душу.

Я ненавидел дьявола, мне до смерти надоели его искушения и мучения; и я не мог понять, почему звучание его прощальных слов было столь сладостно, что когда он возвращался потом и предлагал свои услуги, я отвергал его с сожалением. Затем я понял, что это были проделки Кришны, и ненависть моя обратилась в смех.

Они объяснили существование зла в мире тем, что Сатана сильнее Бога; я же держусь более высокого мнения о моем Возлюбленном. Я верю, что ничего в мире не происходит иначе, как по Его воле — в раю ли, в аду, на земле или в небесах.

В неведении своем мы подобны детям, которые гордятся умением ходить без посторонней помощи и слишком упоены своими успехами, чтобы почувствовать руку матери на плече. Когда же мы пробуждаемся, мы видим, оглядываясь назад, что Бог всегда вел и поддерживал нас.

Бог так устроил жизнь, что мир — это супруг души; Кришна — ее божественный любовник. С миром нас связывает долг служения, узы закона, неоспоримое общественное мнение, и обычные переживания боли и удовольствия, однако, поклонение нашего сердца и наша свободная и тайная радость предназначены нашему Возлюбленному.

Радость Господня сокровенна и восхитительна; это тайна и восторг, над которыми издевательски насмехается здравый смысл; но душа, хоть раз вкусившая этой радости, никогда уже от нее не откажется, какую бы дурную славу, муки и бедствия не навлекла на себя этим.

Я могу обратиться к Богу, моему провожатому и наставнику, и спросить его: "Я прав? или Ты в Своей любви и мудрости позволил моему разуму обмануть меня?" Усомнись в своем уме, если хочешь, но никогда не сомневайся в водительстве Господа.

Так Бог в любви Своей обучает детскую душу и душу слабую: Он ведет их вперед шаг за шагом, утаивая от них видение своих высочайших и пока не достижимых вершин. Но разве у каждого из нас нет хоть какой-нибудь слабости? И разве все мы не являемся в глазах Его лишь малыми детьми?

И увидел я: все, что утаил от меня Бог, Он утаил в любви Своей и мудрости. Если бы я сумел опередить назначенные мне сроки, великое благо обратилось бы для меня горьким ядом. И все же иногда, по нашему настоянию, Он дает нам испить этого яда, чтобы мы научились отвращаться от него и со знанием вкушать Его амброзию и Его нектар.

Ученичество у Бога-Учителя, сыновство у Бога-Отца, нежность Божественной Матери, пожатие руки божественного Друга, смех и забавы с нашим Товарищем по играм, блаженное служение Богу-Повелителю, восторженная любовь к нашему божественному Возлюбленному — вот семь видов величайшего наслаждения, доступного человеку в этом теле. Можешь ли ты слить их в единое высочайшее целое, сверкающее всеми цветами радуги? Тогда тебе не нужны никакие небеса и ты более свободен, чем последователь Адвайты.

Когда же мир превратится в подобие небес? Когда все люди станут детьми, мальчиками и девочками, и вместе с Богом, воплощенном в образах Кришны и Кали — самого радостного мальчика и самой сильной девочки, — будут играть в райских садах. Эдем древних евреев был вовсе неплох, вот только Адам и Ева были слишком взрослыми, а их Бог — слишком старым, суровым и важным, чтобы они смогли устоять против искушения Змея.

Иудеи навязали человечеству свое понимание Бога как сурового и величественного повелителя и неумолимого судьи, чуждого веселью. Мы же, видевшие Кришну, знаем Его как влюбленного в игру ребенка и радостно хохочущего проказника.

Бог, не умеющий улыбаться, не смог бы создать этой забавной вселенной.

Ищущий божественного знания видит в истории о Кришне, крадущем одежды пастушек-гопи, одну из самых глубоких притч о взаимоотношениях Бога и души; преданный Господу человек — божественное действо, в котором находят совершенное выражение мистические переживания его сердца; а развратники и пуритане (две стороны одной медали) — просто фривольную историю. В Писаниях люди видят лишь отражение собственного внутреннего мира.

Мой возлюбленный снял с меня покровы греха, и я с радостью позволила им упасть; затем он потянул за мои покровы добродетели, но я устыдилась, испугалась и воспрепятствовала ему. И лишь когда он сорвал их с меня силой, я увидела, насколько далеко моя душа была спрятана от меня.

Любовь к мужчине, любовь к женщине, любовь к предметам, любовь к ближнему, любовь к родине, любовь к животным, любовь к человечеству — все это любовь к Богу, воплощенному в этих живых образах. Так люби же и расти духом, чтобы наслаждаться всем, всему помогать и любить вечно.

Когда я живу в Кришне, исчезает и эго, и своекорыстие, и лишь сам Бог может судить, сколь глубока и безгранична моя любовь.

Бог — наш мудрый и совершенный Друг; ибо он знает, когда нас поразить и когда — обласкать, когда нас убить и когда — спасти и поддержать.

Божественный Друг всех созданий скрывает свое дружелюбие под личиной врага, покуда не подготовит нас к райскому блаженству; и тогда, как на поле Курукшетра, грозная ипостась Владыки борьбы, страдания и разрушения исчезает, и чудный лик, нежные руки и созданное для объятий тело Кришны проливают сияние на потрясенную и прозревшую душу его вечного брата и товарища по играм.

В былые времена среди людей действия и железной воли бытовала следующая благородная форма клятвенного заверения: "Это так же верно, как то, что Бог существует". Но нашим современникам нужна иная формула: "Это так же верно, как то, что Бог любит".

О, Аристофан вселенной, который взирает на мир свой и смеется мелодичным смехом, не позволишь ли ты и мне взглянуть на мир божественными очами и присоединиться к твоему смеху, наполняющему вселенную?

Прибегая к смелой метафоре, Калидаса сравнивает снежные скалы Кайласа с громовыми раскатами смеха Шивы, нагроможденными друг на друга во всей своей белизне и чистоте. Это верно; и когда их образ запечатлевается в сердце, все земные тревоги рассеиваются, подобно облакам внизу, переходя в небытие — единственно реальное их состояние.

Самый необычный опыт души заключается в том, что когда она обнаруживает, что образ и угроза возможных бедствий перестают волновать ее, исчезают без следа и сами бедствия. Именно тогда мы слышим, как за этими нереальными облаками смеется над нами Бог.

Самая великая радость — быть рабом Божьим, подобно Нараде; самый страшный ад — будучи отвергнутым Богом, быть владыкой мира. То, что по невежественным понятиям более всего приближает к Богу, на самом деле более всего удаляет от Него.

Узри Бога повсюду и не устрашись обличий Его. Уверуй, что всякая ложь есть истина в процессе становления или в процессе разрушения, всякая неудача — это скрытый успех, всякая слабость — это сила, которая прячется от себя самой, всякая боль — тайный и неистовый экстаз. Если ты тверд и непреклонен в вере своей, в конце концов ты увидишь и познаешь Всеистинного, Всемогущего и Всеблаженного.

Тупое упрямство, с которым мы цепляемся за наше жалкое, лишенное целостности, погруженное во тьму и печаль индивидуальное существование, когда к нам взывает нерушимое блаженство вселенской жизни, — одна из самых удивительных тайн Бога. Равное удивление вызывает лишь бесконечная слепота, в которой мы называем вселенским существованием тень, отброшенную нашим эго на мир. Эти два вида тьмы есть суть и сила Майи.

Способен ли ты увидеть Бога в своем мучителе и убийце даже в миг своей смерти или в час истязаний? Способен ли ты видеть Его в том, кого убиваешь, видеть и любить даже в самый миг убийства? Тогда ты причастен высочайшему знанию. Как достигнет Кришны тот, кто никогда не поклонялся Кали?

Кали — это Кришна, явленный в образе внушающей ужас Силы и исполненной гнева Любви. Своими яростными ударами она поражает самость (ложное эго) в теле, жизни и разуме, дабы освободить вечный дух в нас.
__________________________________

Словарь терминов и именной указатель

Sasvatih samah — букв. "вечные годы" (от слова sasvata — "вечный"; "непрерывный". Словосочетание "шашватих самах" встречается, например, в Гите (6. 41), где Шри Ауробиндо перевел его на английский как "immemorial years" — букв. "незапамятные годы" (прим. пер.).

А

Агни ("огонь", "пламя") — в индуистской мифологии бог Огня; в
психологическом аспекте — божественная Воля, вдохновленная божественной Мудростью и единая с ней; активный исполнительный аспект Истины-Сознания.

Адвайта ("недвойственность"), Адвайта-Веданта — разновидность Веданты, характеризующаяся последовательным монизмом. Брахман в подлинной Адвайте — единая и единственная реальность.

Адитьи — сыны матери богов Адити. Эпитет ведических богов, количество которых неопределенно: вначале их было шесть или семь, позже стало двенадцать по количеству месяцев, в которых они представляли Солнце. Солнечные боги, рожденные в Истине, они нисходят на низшие планы, чтобы охранять и усиливать Истину в человеке и вести его к счастью и бессмертию.

Аристофан (ок. 448 — после 388 до н. э.) — афинский поэт, величайший из комедийных творцов античности.

Арес — греческий бог войны, сын Зевса и Геры.

Арьяман — ведийское божество, относящееся к адитьям; одна из четырех ипостасей Истины Сурья (бога Солнца); символизирует усилия и устремленность духа.

Б

Бахус, Вакх — одно из имен греческого бога Диониса.

Брахма — в индуистской мифологии высшее божество, творец мира,
открывающий триаду верховных богов индуизма. В этой триаде Брахма как создатель вселенной противостоит Вишну, который ее охраняет, и Шиве, который
ее разрушает.

Брахман — Реальность; Вечное; Абсолют; Всевышний; духовная,
материальная и сознательная субстанция всех идей, сил и проявлений во вселенной, а также их источник, поддерживающая сила и обладатель, космический и супракосмический Дух.

Брахман — представитель варны жрецов, высшего сословия в системе
четырех сословий (Чатурварне) древней Индии.

Брахманаспати — божество в Риг-Веде, Владыка божественного Слова,
Создатель (с помощью Слова); ведический прототип Брахмы, который позже появился в Пуранах. Он вызывает к жизни всемиры.

Бхага — ведийское божество, относящееся к адитьям; одна из четырех
Ипостасей Истины, Сурья; символизирует радость и наслаждение всем сущим.

Бхага — Владыка Наслаждения.

Бхагавадгита (Гита) — "Божественная Песнь" — эпизод индийского эпоса "Махабхарата" — беседа Шри Кришны и Арджуны, в которой воплощенный Бог раскрывает Арджуне "Великую Тайну" мироздания и описывает различные йоги как пути ее достижения. Гита считается священной книгой индуизма и представляет собой великий синтез индийской мысли.

Бхакти — любовь к Божественному, преданность Божественному.

В

Вайшнавы — поклоняющиеся Вишну, как правило, в виде его воплощений Рамы или Кришны. Вайшнавизм — одна из главных форм индуизма; его отличительная черта — огромная роль бхакти (любви и сердечной преданности божеству).

Вайшья — представитель третьей касты в системе четырех сословий древней Индии: земледелец, торговец.

Варавва — один из трех разбойников, приговоренных к казни вместе с
Иисусом. Существовал обычай освобождать в честь праздника Пасхи одного из преступников, и прокуратор Понтий Пилат предложил отпустить Иисуса — народ же потребовал его смерти и освобождения Вараввы.

Варуна — одно из древнейших ведийских божеств, Владыка Безбрежности, символизирующий чистоту и безграничность Истины. Основная черта Варуны — связь с космическими водами во всем их многообразии.

Веданта ("конец или кульминация Вед") — высочайшее знание и свершение, изложенное в соответствии с внутренними постижениями великих риши в более современном (по сравнению с Ведами) стиле и более современным языком.

Веданта — одна из шести даршан (или систем ортодоксальной индийской философии); в ее основу положены философские трактаты, называемые Упанишадами.

Веды — самые древние священные книги Индии; возможно, древнейшие в мире. На них основывается вся индуистская религия. Веды, написанные на древнем санскрите, называют откровением Брахмы; считается, что гимны Вед были "услышаны" древними риши, а затем передавались устно из поколения в поколение. Известны четыре Веды: Риг-Веда, Яджур-Веда, Сама-Веда и
Атхарва-Веда. Первой и главной, наиболее авторитетной Ведой считается Риг-Веда.

Свами Вивекананда (Нарендранат Датта, 1863—1902) — один из величайших духовных учителей Индии нового времени, принесший откровение Веданты на Запад и получивший всемирную известность. Распространял универсальное учение Шри Рамакришны, примиряющее все религии мира.

Вишну — имя божества, слабо охарактеризованного в Ведах, но в
послеведическое время достигшего значения верховного божества; в Махабхарате и Пуранах второе лицо брахманической триады (Брахма—Вишну—Шива), хранитель мирового порядка. Для поддержания этого порядка Вишну неодократно воплощался на Земле; предпоследнее, восьмое его воплощение — Рама, последнее — Кришна;
десятое, грядущее, воплощение должно произойти в конце мирового периода.

Вриндаван (Бриндабан, Бриндаван) — роща (находится в районе Матхура, штат Уттар Прадеш), где Кришна провел свою юность среди пастухов. На месте рощи в настоящее время стоит город Вриндаван, самое священное место на Земле для поклоняющихся Кришне.

Г

Эрнст Геккель (1834—1919) — немецкий биолог-эволюционист, сторонник и пропагандист учения Дарвина.

Томас Генри Гексли (Хаксли) (1825—1895) — английский биолог, соратник Дарвина и виднейший пропагандист его учения.

Д

Дакшина — подношения тем, кто совершает обряд жертвоприношения.

Джанака ("родитель") — прославленный древний мудрец и царь
(раджа—риши). Джанака прославился своими глубокими и обширными познаниями, святостью и непривязанностью; пример мудреца, осуществляющего йогу не в уединении, а в миру.

Джняна — знание, мудрость; высочайшее самопознание; важнейший аспект подлинного всеобъемлющего знания, прямое духовное видение высочайшего Существа.

Джняни — один из четырех типов людей, почитающих Бога: те, кто обладает знанием. См. Гита VII.16: "Четыре рода праведных людей любят и почитают меня, Арджуна: страдающие, стремящиеся к добру в мире, стремящиеся к знанию и те, кто обладает знанием, о Лучший среди Бхарат."

И

Индра ("властитель") — индуистский бог небесных сфер (в древнеиндийской мифологии — бог грома и молнии), главный в ведийской иерархии богов. Он — властелин нашего существования, Владыка мира Света и Бессмертия, божественный Разум.

Й

Йога — союз, связь, единение; соединение души с бессмертным бытием, сознанием и блаженством Божественного; методичная работа по самосовершенствованию путем развития потенциальных возможностей, скрытых в человеке, и слияние индивидуального человеческого существования с существованием универсальным и трансцендентным.

Йогин — практикующий йогу.

К

Каин — в Ветхом Завете старший сын Адама и Евы, который в гневе убил брата Авеля, когда Бог принял его жертву, отвергнув жертву Каина.

Кайлас — хребет на юге Тибетского нагорья в Китае. Самая высокая
одноименная гора этого хребта, Кайлас (или Кайласа), священна как для индуистов, считающих, что там находится рай Шивы, так и для тибетских буддистов, которые отождествляют ее с космическим центром вселенной.

Кали — грозная Ипостась Божественной Матери; богиня, дающая рождение всему и уничтожающая все.

Калидаса — выдающийся поэт и драматург, писавший на санскрите;
возможно, величайший индийский писатель всех времен. Время, в которое он жил, не поддается точному определению. Шри Ауробиндо полагает, что расцвет его творчества пришелся на первый век до н. э.

Калиюга — последняя из юг (мировых периодов); Железный Век, эпоха разрушения.

Канчанджанга (Канченджанга) — третья по высоте вершина мира; находится в Гималаях, на границе Сиккима и Непала.

Карма — деятельность, работа; глобальный закон причинно—следственной связи, согласно которому действия индивидуума (или общества) влекут за собой последствия как в этом, так и в последующих воплощениях и определяют его будущие условия жизни. Кармайога — один из видов йоги, путь достижения
Божественного посредством действий, выполняющихся по воле Бога без привязанности к их результату.

Кришна — Бог ананды (блаженства), как Ипостась Вечного; воплощенный на Земле — аватар (божественное воплощение) Глобального Разума (Overmind). В индуизме Кришна считается восьмым воплощением Вишну. Целью этого воплощения
было поражение тирана Кансы и других асуров и демонов. От лица Кришны ведется повествование в Бхагавадгите, где Он раскрывает Арджуне Высочайшую Тайну бытия, представ перед ним в своем космическом образе. Для Шри Ауробиндо Кришна — символ основной силы этой Чатурьюги (мирового цикла); Владычество — его проявление, Мощь и Мудрость — его гуны (атрибуты). В
Сатьяюге, веке истины, усиливается влияние Шри Кришны.

Курукшетра ("поле Куру") — место, где разворачивалась Махабхарата,
великая битва между двумя семейными кланами, Пандавами и Кауравами. Беседа Кришны с Арджуной, Бхагавадгита, происходила на этом поле боя непосредственно перед битвой.

Кшатрия ("воинственный", "воин") — представитель второго сословия,
кшатриев — касты воинов и правителей.

М

Магомет (ок. 570—632) — пророк, основатель ислама и мусульманского
государства. Религиозный проповедник, отвергший языческие верования и противопоставивший им учение о едином и всемогущем Боге.

Майявада — доктрина, согласно которой весь мир — это майя, иллюзия; майявадин — человек, проповедующий майяваду.

Маруты — в ведийской и индуистской мифологии божества бури, ветра, грома и молнии, занимающие важное место в Ведах и предстающие друзьями и союзниками Индры. Маруты — это Силы Жизни и Силы Мысли.

Махди (Мехди) ("ведомый истинным путем") — в исламской эсхатологии
мессия, божий посланник; он должен принести в мир справедливость, восстановить истинную религию и возвестить приход недолгого золотой века, который наступит перед концом света.

Митра — в ведийской мифологии один из адитьев; бог, символизирующий всеобъемлющую гармонию Истины; Друг всех существ, Владыка Любви.

Моисей (14—13 в. до н. э.) — в преданиях иудаизма и христианства первый пророк Яхве и основатель его религии, законодатель, религиозный наставник и политический вождь еврейских племен.

Н

Нарада — учитель богов (дэвариши), самый известный из легендарных
мудрецов; посредник между богами и людьми; великий бхакта, поклонник Вишну. Он перемещается в различных мирах и способствует осуществлению событий в соответствии с Волей Божественного. В одном из писем Шри Ауробиндо писал, что Нарада — это "символ проявления Божественной Любви и Знания" (22: 392).

Р

Шри Рамакришна (1836—1886) — великий духовный учитель Индии нового времени, почитающийся многими как аватар, воплощение Бога на Земле. Пережив интенсивный опыт постижения Бога, он затем прошел многими религиозными и духовными путями, каждый из которых приводил его к Единому.

Ритам — правильность, истинный порядок вещей; истина божественного существа, регулирующая правильную деятельность разума и тела; истина знания и действия; Истина; Истина-Сознание.

Рудра ("ревун") — в древнеиндийской мифологии божество,
персонифицирующее грозу, ярость, гнев; отец марутов — богов ветра, грозы. В Ведах он олицетворяет Божественное, действующее через насилие и борьбу; он поражает сынов Тьмы и зло, порождаемое ими в человеке.

С

Санньяса ("отказ") — полное отречение; отречение от жизни и действия.

Санньясин — тот, кто практикует саньясу, аскет.

Смрити — "предания": традиции или созданные людьми законы (в отличие от Шрути — законов, в основе которых было откровение).

Сурья — бог Солнца в индуистской мифологии.

Ш

Шива ("благой", "приносящий счастье") — в индуистской мифологии один из верховных богов, входящий вместе с Брахмой и Вишну в божественную триаду.

Шрути ("услышанное") — слушание, откровение; Писания, основанные на откровении.

МЫСЛИ И ОЗАРЕНИЯ

Помогать людям, но не лишать их собственной энергии; вести людей, но следить за тем, чтобы не затрагивать их инициативы и самобытности; принимать других в себя, но отдавать им взамен всю божественность их природы. Тот, кто способен на это, поистине водитель и гуру.

Нет более пагубной, парализующей волю ошибки, чем принять часть пути за конечную цель или надолго остаться в праздности и отдохновении

Не верь в успех, если он представляется тебе совершенным; когда преуспев, ты видишь, что многое тебе еще предстоит сделать, радуйся и продолжай путь свой, ибо многотруден и долог путь к подлинному совершенству.

Бог сотворил этот мир полем брани, наполнил его тяжелой поступью воителей и криками великих сражений и битв. Сможешь ли ты стяжать покой Его, не уплатив цены, которую Он назначил?

Почему Бог так неистово наносит своему миру удар за ударом, топчет и месит его, словно тесто, почему так часто бросает в кровавую купель и испытывает его пламе5нем адским? Потому что человечество в массе своей подобно твердому, неподатливому, неблагородному металлу, иначе невозможно ни расплавить его, ни придать ему форму; — каков материал, таков и метод.
Пусть человечество приложит все усилия, чтобы обратиться в более благородный и чистый металл, — и тогда Бог будет с ним и мягче и нежнее, а удел человеческий будет и выше и прекрасней.

Почему же он избрал, или сотворил именно такой материал, хотя у него была бесконечная возможность для выбора? Потому что божественная Идея провидела не только красоту, нежность и чистоту, но и силу, волю и величие. Не следует презирать силу или отвращаться от нее из-за уродства некоторых ее проявлений, не следует думать, что Бог — это только любовь. Всякое истинно совершенное должно содержать в себе что-то от героя и даже от Титана. Величайшая же сила рождается величайшим испытанием.

Все изменится, если человек однажды согласится подчиниться духовной трансформации; однако природа его — ментальная, витальная и физическая — противится высшему закону.
Любит он несовершенство свое.

Стадо — это не те, кто беден, невежественен, низок происхождением или дурно воспитан; стадо — это те, кто удовлетворяется жалким и мелочным, те, кому по душе человеческая посредственность.

Души, лишенные устремленности — суть Божьи ошибки; Природа же рада им и ей нравится множить их число, ибо они обеспечивают устойчивость ее деятельности и продлевают ее господство.

ОКОВЫ

Человек влюблен в узы рождения, поэтому он и уловлен неотделимыми от них узами смерти. Скованный этими цепями, стремится он к свободе своего существа и к совершенной самореализации.

Человек влюблен в силу, потому он и подвержен слабости. Ибо мир — это море, где волны силы сходятся и постоянно сталкиваются друг с другом; и тот, кому удастся подняться на гребень одной волны, непременно падет под ударами сотен других.

Человек влюблен в удовольствие, потому он и должен испытывать бремя горести и страдания. Ибо чистая радость — удел лишь свободной и бесстрастной души; то же в человеке, стремиться к удовольствию, — это энергия , исполненная страдания и напряжения.

Человек ищет покоя, но беспокойный ум и смятенное сердце жаждут переживаний. Наслаждения будоражат его ум, покой же представляется ему как что-то инертное и монотонное.

Весь мир жаждет Свободы, и все же каждое существо любит оковы свои; это — первейший парадокс и сложнейший узел нашей природы.

Свобода обретается, когда достигается всеобъемлющее Единство; она наше подлинное бытие. Мы можем достигать сущности этого единства в самих себе; мы можем в единении со всеми остальными принимать участие в Его игре. Этот двойной опыт — все, к чему душа стремиться в Природе.

Бессмертие и свобода уже есть в нас, и они ждут, когда мы откроем их; но даже тогда, во имя радости любви, Бог в нас будет
по-прежнему оставаться Множественностью.

Достигнув беспредельного Единства в себе, отдать себя миру — вот высочайшая свобода и абсолютная власть.

ЧЕЛОВЕК, ПУРУША

Обладание в Единении, а не растворение в Единении — вот в чем тайна!

Бог и Человек, этот Мир и Потустороннее — едины, когда они познают друг друга. Их разделенность — причина неведения, а неведение — причина страдания.

Животное — это Человек на четырех ногах, облаченный в шкуру; червь — это Человек, который, корчась, ползет к новой ступени своей человечности. Даже самые грубые формы материи — это Человек в примитивном своем теле. Все есть Человек, Пуруша.

Ибо что мы разумеем, когда говорим «Человек»? Несотворенный и неуничтожимый дух, что вселился в разум и тело, созданные из его собственных элементов.

ЦЕЛЬ

То, что не по силам мне ныне, — лишь указание на то, что станет моим делом в будущем. Сознание невозможности есть начало всякой возможности. Именно потому, что эта преходящая вселенная была и парадоксом, и чем-то невозможным, Вечное сотворило ее из Своего существа.

Прежде всего, осознавай Себя внутри, затем думай и действуй. Всякая живая мысль — это мир в его приготовлении, любое реальное действие — это проявленная мысль. Материальный мир существует лишь потому, что однажды в божественном самосознании начала свою игру некая Идея.

Мысль не является ни сутью существования, ни его причиной — это орудие становления; я становлюсь тем, что прозреваю в себе. Я могу сделать все, что внушает мне мысль; могу стать всем, что мысль открывает во мне. Это должно стать непоколебимой верой человека в себя, ибо Бог пребывает в нем.

РАДОСТЬ БЫТИЯ

Идея, несущая в себе силу, породила миры, сама же она была порождена Радостью Бытия. Из-за того, что Бесконечное постигло в себе радость неизмеримую, возникли все миры и вселенные.

Радость бытия не ограничена во Времени; у нее нет ни конца, ни начала. Бог покидает одну форму лишь затем, чтобы войти в другую.

Так что же есть Бог? Вечное дитя, играющее в вечном саду.

ЗАВЕРШЕНИЕ

Встреча человека и Бога всегда должна означать проникновение и вхождение Божественного в человеческое и слияние человека с Божеством.

Однако слияние не означает уничтожения человеческого. Не могут все эти искания, страсть, страдания и экстаз завершится таким растворением. Игра никогда не началась бы, имей она такой исход.

Тайна — в радости. Постигни чистую радость, и ты постигнешь Бога.

Что же было началом всего?

Существование, которое приумножало себя во имя радости бытия и погружалось в неисчислимые триллионы форм, дабы обрести себя бессчетное число раз.

Что есть середина?

Разделение, что стремится к единству во множественности, неведение, что пробивается к океану светов многих, боль, что в тяжких трудах ищет прикоснуться к невыразимому экстазу. Ибо все это суть неясные образы и искаженные вибрации.

Что же есть завершение всего?

Подобным меду, что может попробовать себя самого и разом все свои капли, все капли которого могут попробовать друг друга, а каждая капля отведать все медовые соты целиком, как саму себя, должны быть в итоге Бог, душа человеческая и Вселенная.


Издательство «АДИТИ»
Перевод и публикация трудов ШРИ АУРОБИНДО и МАТЕРИ
http://www.aditi.ru/

http://www.lib.ru/SATPREM/aurobindo1.txt

Час Бога; Йога и ее цели; Мать; Мысли и озарения :
[Пер. с англ. В. Г. Баранова, А. А. Шевченко, А. А. Чеха]
/ Шри Ауробиндо. — Л.: Ин—т эволюц. исслед. "Савитри", 1991. — 93,[1]

_________________
Мир имеет начало, которое есть Мать мира. Обретя связь с началом, поймешь, что ты - Ее дитя. Поняв, что ты - Ее дитя, вновь вернешься к тому, чтобы во всем следовать Ее воле.